Казанский медицинский журнал, 2004 г

Иммунная система традиционно разделена на врожденный и адаптивный компоненты - каждый с различной функцией и ролью. Адаптивный компонент организован вокруг двух классов специализированных клеток - Т- и В-лимфоцитов. Каждый лимфоцит экспонирует отдельный вид структурно уникального рецептора, поэтому набор рецепторов антигенов в общей совокупности лимфоцитов - весьма большой и чрезвычайно разнообразный. Размер и разнообразие этого набора повышают вероятноcть того, что для каждого антигена найдется лимфоцит со специфическим рецептором, который связавшись с антигеном вызовет активацию и быстрое размножение клетки. Этот процесс, названный клональной селекцией, объясняет большинство основных свойств адаптивной иммунной системы.

В ответ на инфекцию развитие клона лимфоцитов абсолютно необходимо для эффективной иммунной реакции. Однако требуется от трех до пяти дней для образования нужного числа клонов, которые будут дифференцироваться в эффекторные клетки, а это более чем достаточное время для большинства болезнетворных организмов, позволяющее им повредить хозяина. Напротив, эффекторные механизмы врожденного иммунитета, включающие антимикробные пептиды, фагоциты, альтернативный путь комплемента, активизируются немедленно после инфицирования и начинают контролировать репликацию болезнетворного агента. По этой причине сдерживание инфекции до момента включения лимфоцитов долго рассматривалось в качестве основной функции врожденного иммунитета. Становится все более очевидным, что врожденная "иммунная система имеет намного более важную, фундаментальную роль в защите хозяина.

В этой статье мы рассмотрим пути взаимодействия и управления адаптивным иммунным ответом со стороны врожденной иммунной системы. Клиническое значение этих открытий еще только начинает определяться. Мы ожидаем, что они дополнят наши представления о предохранении организма от бактерий путем развития адаптивной иммунной системой длительной антимикробной защиты, а также механизмов, используемых для предотвращения аутоиммунных реакций.

Стратегии врожденного и адаптивного иммунологического распознавания

Основное различие между адаптивной и врожденной иммунными системами состоит в механизмах и рецепторах, используемых для иммунологического распознавания. В адаптивной иммунной системе рецепторы T- и В-клеток возникают соматические в ходе их развития путем, обеспечивающим каждый лимфоцит структурно уникальным рецептором. Эти рецепторы не закодированы в зародышевых клетках, поэтому они не запрограммированы распознавать заданный набор антигенов. Напротив, чрезвычайно разнообразный набор рецепторов формируется беспорядочно, и лимфоциты, несущие "полезные" рецепторы (например, рецепторы для патогенов), отбираются для последующей клональной экспансии, сталкиваясь со специфическими антигенами. Более того, эти полезные рецепторы не могут быть переданы последующим поколениям, несмотря на то, что они могли бы давать потомку преимущества выживания. Независимо от того, насколько они могут быть выгодны, рецепторы антигенов рутинных патогенов окружающей среды должны быть повторно изобретены каждым поколением. Поскольку участки связывания рецепторов антигенов возникают в результате случайного генетического механизма, набор рецепторов включает в себя рецепторы, связывающиеся не только с микроорганизмами, но и с безвредными природными агентами и собственными антигенами. Активация адаптивного иммунного ответа может быть вредна для хозяина, когда антигеном являются либо собственные, либо чужеродные антигены, которые не связаны с инфекционными микроорганизмами, поскольку иммунный ответ в этих случаях приводит к аутоиммунным и аллергическим заболеваниям. Как же иммунная система определяет происхождение антигена и необходимость развивать иммунный ответ? Недавние исследования продемонстрировали, что именно врожденная иммунная система играет значительную роль при принятии этих решений.

В ходе эволюции врожденная иммунная система возникла раньше адаптивной, и определенная форма врожденного иммунитета, вероятно, существует у всех многоклеточных организмов. В отличие от адаптивного иммунитета, врожденное иммунное распознавание опосредовано наследственно закодированными рецепторами, что означает генетическую предопределенность специфичности каждого рецептора. Одним из преимуществ этой наследственной закодированности рецепторов является их эволюционирование при естественном отборе в направлении специфичности к инфекционным агентам. Проблема, однако, в том, что в каждом организме находится ограниченное число генов в геноме. Человеческий геном, например, содержит от 35000 до 40000 генов, большинство из которых не имеют отношения к иммунному распознаванию. Для сравнения: существует приблизительно 10¹⁴ и 10¹⁸ различных соматически формируемых иммуноглобулиновых рецепторов и Т-клеточных рецепторов соответственно. Общее число рецепторов вовлеченных во врожденное иммунное распознавание, исчисляется, думается, сотнями. Кроме того, микробы весьма гетерогенны и способны мутировать значительно быстрее, чем любой из их хозяев.

Стратегией врожденного иммунитета не может быть распознавание каждого возможного антигена, осуществляется фокусирование на нескольких высоко консервативных структурах в больших группах микроорганизмов [12]. Эти структуры называются патоген-ассоциированными молекулярными образами — PAMP (pathogen-associated molecular patterns), а распознающие их рецепторы врожденной иммунной системы - образраспознающими рецепторами — PRR (pattern-recognition receptors).,Наиболее известные РАМР — это бактериальный липополисахарид, пептидогликан, липотейхоевые кислоты, маннаны, бактериальная ДНК, двуспиральные РНК, глюканы. Несмотря на значительные химические различия этих веществ, все РАМР имеют общие свойства [13, 16]. Во-первых, все РАМР образуются только микробами, а не их хозяином. Например, липополисахарид синтезируется только бактериями, PRR распознают его, сигнализируя хозяину о присутствии в организме инфекции. Во-вторых, структуры, узнаваемые врожденной иммунной системой, обычно важны для выживания или патогенности микроорганизмов. В-третьих, РАМР — обычно инвариантные структуры, присущие всему классу патогенов. Например, все грамотрицательные бактерии содержат ЛПС, следовательно, рецепторы хозяина, распознающие образ ЛПС, фактически выявляют любую грамотрицательную инфекцию.

Образраспознающие рецепторы

Рецепторы врожденной иммунной системы, закодированные в геноме, имеют ряд отличий от рецепторов антигенов. Они экспрессируются несколькими эффекторными клетками врожденной иммунной системы, что особенно важно: макрофагами, дендритными клетками и В-лимфоцитами — профессиональными антиген-представляющими клетками. Экспрессия PRR — не клональная, все клетки данного типа (например, макрофаги) демонстрируют рецепторы единой специфичности. Кроме того, немедленно, после того как PRR идентифицируют РАМР, клетка запускает выполнение эффекторных функций без необходимости пролиферации. Этот факт объясняет высокую скорость врожденных иммунных реакций.

По своей структуре PRR относятся к нескольким белковым семействам. Например, в распознавание РАМР часто вовлечены домены лейцинбогатых повторов, кальцийзависимые лектиновые домены и белковые домены рецепторов-мусорщиков [4, 16]. По своей функции PRR могут быть разделены на три класса: секретируемый, эндоцитозный и сигнальный.

Секретииуемые PRR функционируют как опсонины, помечая микробные клетки для распознавания их системой комплемента и фагоцитами. Хорошо охарактеризованным рецептором этого класса является маннансвязывающий лектин [3, 5], член семейства кальций-зависимых лектинов, который связывается с микробными углеводами и инициирует лектиновый путь активации комплемента. Маннансвязывающий лектин и белки сурфактанта образуют структурно сходное семейство колектинов, названное так потому, что они состоят из коллагенового домена, связанного с кальцийзависимым лектиновым доменом. Маннансвязывающий лектин синтезируется в печени и выделяется в сыворотку как компонент ответа острой фазы. Он может связываться с углеводами грамположительных и грамотрицательных бактерий, дрожжей, некоторых вирусов и паразитов [3]. Маннансвязывающий лектин связан с двумя сериновыми протеазами — маннансвязывающими лектин-ассоциированными протеазами 1 и 2. Эти протеазы родственны

Рис. 1. Лектиновый путь активации комплемента.

Активация лектинового пути активации комплемента опосредствована лектином, связывающим маннозу, являющимся PRR микробных углеводов. Лектин, связывающий маннозу, ассоциирован сериновыми протеазами — маннансвязывающими лектин-ассоциированными протеазами 1 и 2 (MASP1 и MASP2). Взаимодействие лектина, связывающего маннозу, с микробным лиган-дом приводит к активации этих протеаз, которые расщепляют С2 и С4 компоненты системы комплемента. Продукты расщепления С2а и С4b образуют СЗ конвертазу, инициализирующую каскад реакций за счет расщепления СЗ. Комплекс лектина, связывающего маннозу, и его протеаз функционирует так же, как C1 комплекс классического пути активации комплемента. Следует, однако, подчеркнуть, что сериновые протеиназы C1r и C1s активируются при связывании C1q с комплексом антиген-антитело, в то же время активация системы комплемента может происходить прямо при узнавании микроба независимо от адаптивной иммунной системы.

С1г и C1s сериновым протеазам классического пути комплемента. Так же, как Clr и C1s, активировавшись маннансвязывающие лектин-ассоциированные протеазы приводят к расщеплению СЗ и активации СЗ конвертазы, что в результате усиливает каскад активации комплемента [3]. Однако, в отличие от С1 протеазы, для активации которой необходим комплекс антигена с антителом, маннансвязывающие лектин-ассоциированные протеазы активируются при связывании микробного лиганда с маннансвязывающим лектином (рис. 1).

Эндоцитозные PRE находятся на поверхности фагоцитов. После узнавания РАМР на микробной клетке эти рецепторы опосредуют поглощение патогена и его доставку к лизосомам, где он разрушается. Белки патогена обрабатываются, и образующиеся пептиды представляются молекулами МНС на поверхности макрофага. Маннозный рецептор макрофага, также член кальцийзависимого лектинового семейства, является эндоцитозным PRR. Он специфически узнает углеводы с большим числом манноз, характерные для микроорганизмов, и опосредует их фагоцитоз [5]. Другой эндоцитозный PRR — макрофагальный рецептор-мусорщик — связывается с бактериальной стенкой и выступает существенным компонентом клиренса бактерий из кровообращения [22, 24].

Сигнальные PRR распознают РАМР и активируют пути передачи сигнала для экспрессии разнообразных генов иммунного ответа, включая воспалительные цитокины.

Toll-рецепторы

Первый рецептор toll семейства был идентифицирован у дрозофил как компонент пути передачи сигнала, контролирующего дорзо-вентральную полярность эмбриона мухи [8]. Анализ последовательности toll-гена выявил, что он кодирует трансмембранный белок с большим внеклеточным доменом, содержащим богатые лейцином повторы. Последовательность цитоплазматического домена toll белка оказалась удивительно похожа на цитоплазматический домен рецептора IL-1 млекопитающих [6]. Более того, и рецептор IL-1 млекопитающих, и toll у дрозофил индуцируют пути передачи сигнала, активирующего транскрипцию ядерных факторов-кВ (NF-kB) [1]. Члены этого семейства играют ключевую роль в индукции иммунных и воспалительных ответов у млекопитающих [7]. У дрозофил микробная инфекция вызывает быстрое повышение уровня разнообразных антимикробных пептидов [10]. Интересно, что промоторные участки генов, кодирующие эти пептиды, подобно многим генам млекопитающих, вовлеченным в воспаление и иммунный ответ, содержат NF-кВ-связывающие участки.

Эти открытия позволили предположить, что toll дрозофилы, кроме участия в эмбриогенезе, вовлечен в иммунный ответ взрослой мухи, что было продемонстрировано элегантными опытами группы Хоффмана [15]. Дрозофилы, мутантные по функции toll гена, были высокочувствительны к грибковым инфекциям, однако инактивация toll гена не нарушала реактивности к бактериальным инфекциям. Поскольку у дрозофил имеется 9 toll белков [11], распознавание бактериальных патогенов и ответ на них может быть программой других членов toll семейства.

Гомологи toll дрозофилы были идентифицированы у млекопитающих и названы toll-like рецепторы — TLR [17, 21]. Первый охарактеризованный TLR человека (ныне обозначаемый как TLR4) стимулирует, как и его аналог у дрозофилы (рис. 2), активацию NF-kB сигнального пути. За счет этого происходит экспрессия различных цитокинов и костимуляторов, являющихся решающими для адаптивного иммунного ответа [17]. Данные факты позволили предположить, что TLR функционируют как рецепторы врожденной иммунной системы [18], что в настоящее время показано для двух членов семейства — TLR4 и TLR2.

Первым свидетельством связи TLR4 и системы врожденного иммунитета было установление факта, что он является рецептором липополисахарида у мышей. Как спонтанная мутация, так и целенаправленная пробой TLR4 гена у мышей лишают их ответа на ЛПС и делают резистентными к эндотоксиновому шоку [9, 19, 20]. Напротив, у мышеи с делецией TLR2 гена ответ на липополисахарид не нарушен [25]. Таким образом, стало ясно, что именно TLR4, а не TLR2 необходим для распознавания липополисахарида. Однако TLR4 — не единственный белок, вовлеченный в распознавание липополисахарида. Сначала ЛПС взаимодействует с сывороточным белком, который передает его CD14-peцептору макрофагов и В-лимфоцитов, прикрепленному к клеточной поверхности гликозилфосфоинозитольным якорем [27, 28]. Для TLR-опосредованного распознавания необходим еще белок

Рис. 2. Сигнальный путь toll-рецептора.

Некоторые из toll-подобных рецепторов (TLR) выполняют роль образраспознающих рецепторов (PRR) во врожденной иммунной системе. Распознавание ими микробных продуктов ведет к активации сигнального пути ядерного фактора-кВ (NF-кВ). В предложенном примере распознавание липополисахарида опосредовано тремя продуктами различных генов — CD 14, TLR4, и MD-2. Связывание липополисахарида с CD14, по-видимому, приводит к ассоциации CD14 с комплексом TLR4-MD-2 и индуцирует димеризацию TLR4. Активированный TLR4 привлекает адаптерный белок MyD88, ассоциированный с серинтреониновой протеинкиназой, к интерлейкин-1 рецептор-ассоциированной киназе (IRAK). IRAK в дальнейшем фосфорилируется и взаимодействует с фактором некроза опухолей связанным фактором 6 (TRAF-6) адапторным белком. Олигомеризация TRAF-6 активирует представителя семейства митоген-активируемых протеинкиназ киназу киназы (МАРЗК), которая прямо или опосредованно активирует I-kB киназу 1 (IKK1) и I-кВ киназу 2 (IKK2). Эти киназы фосфорилируют I-kB по остаткам серина, помечая таким образом I-kB для деградации и высвобождения NF-kB, который перемещается в ядро и стимулирует активацию транскрипции различных генов воспалительного и иммунного ответа.

MD-2 [23], а вероятный комплекс для распознавания ЛПС состоит по крайней мере из трех компонентов — CD 14, TLR4, MD-2. TLR4 и MD-2 постоянно связаны друг с другом, a CD14 вовлекается в комплекс после связывания ЛПС (рис. 2).

Мыши с делецией TLR2 не отвечают на два основных РАМР — пептидогликан и липопротеины [25, 26]. У млекопитающих идентифицированы по крайней мере 10 TLR, все они вовлечены в распознавание основных микробных образов, запускающих ответы врожденной иммунной системы. Следовательно, нарушения в TLR-генах должны глубоко затрагивать иммунную систему. Мыши линии (СЗН/HeJ) с мутацией ТLR4, например, очень восприимчивых грамотрицательной инфекции. Очевидно, полиморфизм TLR4 коррелирует с повышением восприимчивости человека к грамотрицательной инфекции.

Идентифицированы мутации как эктодомена, так и цитоплазматического домена TLR4 человека, хотя в целом информация об аллельных вариантах toll генов человека ограничена [2]. Остается выяснить, повлияют ли эти мутации на распознавание ЛПС и восприимчивость к инфекции.

Врожденное иммунное распознавание

и контроль адаптивного иммунного ответа

Как обсуждалось ранее, адаптивная иммунная система имеет колоссальную способность распознавать практически любую антигенную структуру, однако случайно генерируемые рецепторы связываются с антигенами независимо от их происхождения — бактериальными, окружающей среды или собственными. Рецепторы врожденной иммунной системы, напротив, специфичны по отношению к структурам, обнаруживаемым исключительно на микробных патогенах (РАМР), поэтому они сигнализируют о присутствии инфекции. Сигналы, индуцированные узнаванием врожденной иммунной системой, управляют активацией адаптивных иммунных ответов, адаптивная иммунная система отвечает на патоген только после того, как он был обнаружен врожденной иммунной системой. Например, Т-лимфоциты используют рецепторы антигена для распознавания лиганда в форме пептида, связанного с молекулой МНС II на поверхности антиген представляющей клетки. Однако эти пептиды могут происходить из собственных тканей или

Рис. 3. Рецепторы, вовлеченные во взаимодействие врожденного и приобретенного иммунитета.

При распознавании патоген-ассоциированных молекулярных образов (РАМР) образраспознающими рецепторами (PRR), такими как toll-подобные рецепторы, генерируются сигналы, которые активизируют адаптивную иммунную систему. Эндоцитозные PRR, например макрофагальный маннозный рецептор, связываются с микробной стенкой и опосредуют фагоцитоз патогена антигенпредставляющими клетками (макрофагами, дендритными клетками). Белки микроорганизмов обрабаты-ваются в лизосомах, чтобы генерировать антигенные пептиды, которые формируют комплекс с мо-лекулами главного комплекса гистосовместимости (МНС) класса II на поверхности макрофага. Эти пептиды распознаются рецепторами Т-клеток. В случае распознавания патогена сигнальными PRR, например toll-подобными рецепторами, активируются сигнальные пути, вызывающие экспрессию дитокинов, хемокинов и костимуляторных молекул. Таким образом, PRR играют роль и при формиювании комплекса пептид-МНС, и при костимуляции, необходимой для активации Т клеток.

микробного патогена. На основании распознавания лишь пептида Т-клетка не способна отличить своего от чужого, так сак рецепторы антигена сгенерированы случайно. Распознавание пептид-МНС лиганда рецептором антигена недостаточно для активации Т-клетки. Ей необходимы по крайней мере два сигнала для активации — комплекс пептида с МНС II молекулой и костимуляторный сигнал, опосредованный, например, СD80 или CD86 молекулами на поверхности антигенпредставляющей клетки. Т-лимфоцит может активироваться только в том случае, если антигенпредставляющая клетка экспрессирует совместно антиген и CD80 или CD86 молекулы. Распознавание антигена в отсутствии CD80 или CD86 молекул приводит к инактивации или апоптозу Г-лимфоцита.

Экспрессия CD80 и CD86 молекул на поверхности антигенпредставляющей клетки управляется врожденной иммунной системой. Рецепторы типа TLR индуцируют появление этих молекул на антигенпредставляющей клетке после распознавания своего РАМР [17]. РАМР имеются только на патогенах, поэтому TLR индуцируют экспрессию CD80 и CD86 только при наличии инфекции.

Т-клетка, в свою очередь, получает оба сигнала, требуемые для активации, только в том случае, если ее рецептор связывается с пептидом, полученным из патогена, вызвавшего экспрессию молекул CD80 или CD86 посредством его РАМР типа ЛПС (рис.3).

Собственные антигены не распознаются рецепторами врожденной иммунной системы и поэтому не индуцируют экспрессии CD80 или CD86. Этот механизм гарантирует в норме активацию только патогенспецифичных Т-клеток. После активации Т-хелперы контролируют другие компоненты адаптивного иммунитета — активацию цитотоксических лимфоцитов, В-лимфоцитов и макрофагов. Таким образом, распознавание врожденной иммунной системой контролирует все основные аспекты приобретенного иммунного ответа через узнавание микроорганизмов и индукции сигналов для запуска адаптивного иммунитета.

Врожденный иммунитет и болезнь

С учетом важной роли врожденной иммунной системы в регуляции всех аспектов иммунитета становится ясно, что дисфункция компонентов этой системы чревата болезнями. К иммунологическим нарушениям могут вести два основных вида генетических повреждений - мутации, инактивирующие рецепторы или молекулы передачи сигналов, вовлеченных во врожденное распознавание, и мутации, приводящие их в постоянно активное состояние. Первый тип мутаций приводит к различным иммунодефицитам, второй — к воспалительным реакциям и будет таким образом способствовать развитию различных состояний с воспалительным компонентом, включая астму, аллергию, артрит, аутоиммунные реакции. Действительно, мутации маннозного рецептора и маннансвязывающего лектина макрофагов человека и мыши обусловливают повышенную восприимчивость к некоторым патогенам [3, 5]. Пока о мутациях TLR генов известно немного, поиск полиморфизма TLR гена обеспечит новое понимание причин иммунных и воспалительных нарушений. Драматическим примером эффекта мутационной инактивации неизвестного компонента сигнальных путей TLR и IL-1 является описание пациента с повышенной восприимчивостью к бактериальной инфекции [14].

Заключение

Врожденный иммунитет - это самая ранняя форма иммунной защиты хозяина, которая возникла на начальных этапах эволюции многоклеточных организмов, поскольку многие гены врожденной защиты имеются не только у позвоночных, но и у беспозвоночных животных, а также у растений. Высшие позвоночные имеют также адаптивную иммунную систему, принципы функционирования которой весьма отличны от таковых врожденного иммунитета. Случайная генерация чрезвычайно разнообразного набора антигенных рецепторов позволяет адаптивной иммунной системе распознавать фактически любой антиген. Но цена этого разнообразия - неспособность отличить свои антигены от чужих. Врожденная иммунная система, напротив, развертывает ограниченное число рецепторов, специфичных для консервативных микробных структур. Распознавание этих структур врожденной иммунной системой индуцирует костимуляторы, цитокины и хемокины, привлекающие и активирующие антигенспецифические лимфоциты и запускающие адаптивные иммунные ответы

ЛИТЕРАТУРА

1. Belvin MP, Anderson KV.// Annu. Rev. Cell. Dev. Biol. - 1996. -Vol. 12. -P.393-416.

2. Beutler B. //Curr. Opin. Immunol. - 2000. - Vol.12.-P. 20-26.

3. Epstein J., Ekhbaum Q., Sheriff S., Ezekowitz R.A.// Curr. Opin. Immunol. - 1996. -Vol.8. -P.29-35.

4. FearonD.T., Locksley R.M.//Science. - 1996 -Vol. 272. -P.50-53.

5.Fraser I.P., Koziel H., Ezekowitz R.A.// Semin. Immunol. -1998. -Vol. 10. -P.363-372.

6. Gay N.J., Keith F.J..//Nature. -1991. -Vol..351 -P.355-356.

7. Ghosh S., May M.J., Koop E.B. //Annu. Rev. Immunol. - 1998. -Vol.16. -P.225-260.

8. Hashimoto C, Hudson K.L., Anderson K. V.// Cell. - 1988. -Vol. 52. -P.269-279.

9. Hoshino K, Takeuchi O., Kawai T. et al.// J. Immunol. -1999. -Vol. 162. -P.3749-3752.

10. Hoffmann J.A., Kafatos F.C., Janeway C.A., Ezekowitz RA.// Science. -1999. -Vol. 284. -P.1313-1318.

11. Imler J.L., Hoffmann J.A. // Curr. Opin. Microbiol. - 2000. -Vol. 3. -P. 16-22.

12. Janeway C.A. Jr. //Cold. Spring. Harb. Symp. Quant. Biol. - 1989. -Vol. 54. -P.l-13.

13. Janeway C.A. Jr//Immunol. Today. - 1992. -Vol. 13.-P.l1-16.

14. Kuhns D.B., Long Priel D.A., Gallin J.I. //J. Immunol. -1997. -Vol. -158. -P.3959-3964.

15. Lemaitre B., Nicolas E, MichautL., Reichhart J.M., Hoffmann J.A. // Cell. -1996. -Vol. 86. -P.973-983.

16. Medzhitov R., Janeway C.A. Jr// Curr. Opin
Immunol. - 1997. -Vol.9. -P.4-9.

17. Medzhitov R., Preston-Hurlburt P., Janeway C.A. Jr.// Nature. -1997. -Vol.388. -P.394-397.

18. Medzhitov R, Janeway C.A. Jr. // Cell -1997 -Vol.91.-P.295-298.

19. PoltorakA., He X., Smimoval. et al.// Science. -1998. -Vol.282. -P.2085-2088.

20. Quershi S. Т., Lariviere L., Leveque G. et a!.// J. Exp. Med. - 1999. -Vol. 189. -P.615-625.[Erratum J Exp Med.- 1999.-Vol.l89.-P.1518a.]

21. Rock F.L., Hardiman G, Timains J.C., Kastelein RA., Bazan J.F. // Proc. Natl. Acad. Sci. USA.- 1998 - Vol.95. -P.588-593.

22. Suzuki H, Kurihara Y, Takeya M. et at. // Nature. - 1997. -Vol. 386. -P.292-296.

23. Shimazu R., Akashi S., Ogata H. et al. // Exp Med. - 1999. -Vol.189. —P.1777—1782.

24.Thomas C.A., Li Y, Kodama Т., Suzuki H., Silverstein S.C., ElKhouryJ.//J. Exp. Med. - 2000. -Vol. 19.-P.147-156.

25.Takeuchi O., Hoshino K, Kawai T. et al. // Immunity. - 1999. -Vol. 11. -P.443-451.

26.Takeuchi O., Kaufmann A., Grote К et al. // J. Immunol. -2000. -Vol. 164. -P.554-557.

27. WrightS.D., TobiasP.S, Ulevitch RJ., Ramos RA// J. Exp. Med. - 1989. -Vol.170. -P.1231-1241.

28. WrightS.D., Ramos R.A., TobiasP.S., Ulevitch R.J., Mathison J. С. //Science. -1990. -Vol.249. - P. 1431-1433.